Собачье дело, или почему в Оренбурге так много бездомных животных

11:44 / 08 февраля 2021
Проблема бездомных животных — одна из самых острых, если не самая за последний год. Почему так происходит и что с этим можно сделать разбиралась редакция Prooren.ru. 

Это Викуша. Ласковая, контактная и добрая собака. Балерина, как называют ее волонтеры приюта «Отрада». Сейчас у Викуши все хорошо. Но в приют, как и все собаки, она попала не от хорошей жизни.

«Вика у нас больше года. Ее забрали из так называемого места временного содержания. До вступления в силу закона, когда были договоры с определенными ИП на отлов собак, был у нас не очень хороший человек, с точки зрения волонтеров, который занимался отловом. Нам удалось узнать дислокацию, в которой сидят отловленные животные», — рассказывает волонтер Карина историю Викуши.

Ее нашли запертой в холодном железном ангаре в декабре вместе с еще десятком бездомных животных. Без еды, воды и соломы. Других собак разобрали волонтеры и определили на передержки, а у Вики было сильное истощение и травма одной лапки. Она практически не сгибалась. После консультации с несколькими ветеринарами удалось расследовать ее историю. До того, как собака оказалась на улице, ей сделали операцию, но характер травмы такой, что требовалось несколько процедур. Первая, когда лапа выпрямлена, а вторая, которая позволит ей нормально сгибаться.

 

«Дело в том, что оперировали ее парень с девушкой, которые тоже нашли ее на улице. Не волонтеры, а просто горожане. Начали вместе заниматься собакой, провели одну операцию, определили ее на передержку, а потом парень с девушкой расстались, и собака им оказалась не нужна», — рассказывают в приюте.

В таком состоянии Викуша и оказалась на улице. После длительного перерыва между операциями смысла подвергать животное сильному стрессу хирургического вмешательства нет. Это ничего не даст, кроме продолжительного и тяжелого периода реабилитации. Лапка сгибаться уже не будет никогда.

...

Сколько бездомных животных наводит страх на жителей в городе точно выяснить невозможно. По оценкам зоозащитников, в Оренбурге их может быть 10-13 тыс. особей. Назвать точную цифру не могут также и в региональном Минсельхозе. Методические рекомендации по подсчету безнадзорных животных не утверждены. Оценочное поголовье собак по области может составлять от 20 до 25 000 особей.

В администрации редакции Prooren.ru тоже не смогли предоставить хотя бы приблизительные данные о количестве «беспризорников». В ответе за подписью замглавы города Татьяны Малышевой говорится, что администрация только наделена полномочиями по организации мероприятий по обращению с животными без владельцев.

«Подсчет количества бродячих собак не входит в компетенцию администрации», — заявляется в тексте.

Точно можно говорить только о количестве обращений от жителей Оренбурга в диспетчерский центр. В 2019 году на собак жаловались 3173 раза. В 2020 — 2714. 

О-С-В-В

С прошлого года по области заработала программа ОСВВ. Отлов. Стерилизация. Вакцинация. Выпуск. На бумаге все выглядит логично и просто. На практике же работа идет с большими пробуксовками, а волонтерам и зоозащитникам приходится выкручиваться «как ужам», говорит директор приюта «Я живой» Наталья Фатеева. Разыгранные с большим трудом два контракта на отлов бездомных животных осуществлял именно ее приют «Я — Живой!» — АНО «Зоозабота».

 

 

Изначально на отлов бездомных животных в Оренбурге планировалось потратить 1,5 млн рублей. Но впоследствии на торгах эта сумма сократилась до 1 млн рублей. Администрации удалось провести тендеры только с седьмого раза. В итоге два контракта по программе ОСВВ отторговали за еще меньшие деньги около 900 тыс. рублей.

«Мы получили два контракта на 300 и 600 тыс. рублей», — рассказывает Фатеева.

На эти деньги волонтеры смогли принять 39 и 79 животных, соответственно. То есть всего 118 собак. В масштабах города, это небольшое количество. Но это то, что приют «может потянуть». Из них треть осталась жить в приюте. Волонтеры не смогли выпустить их обратно на улицу. Кто-то был слишком мал, кто-то болел.

На отлов и вакцинацию одной собаки в контракте заложено чуть больше 3,5 тыс. рублей. В то время как реально на эти процедуры требуется как минимум в два, а то и три раза больше средств.

«За отлов в контракте заложено 1700 рублей, нам пришлось выплатить 2000 рублей, потому что такая была его цена. На стерилизацию и кастрацию заложено 1889,6 рублей. Вы видели где-нибудь, чтобы кошку стерилизовали в клинике за такую сумму?» — спрашивает Наталья Фатеева.

О недостатке финансирования программы говорят и волонтеры частного приюта «Отрада».

«Кастрация стоит 2 тыс. рублей, стерилизация в зависимости от веса 3-5 тыс. рублей, от наркоза рассчитывается. Это уже 7,5 тыс. рублей. А собаку еще надо кормить», — говорит волонтер приюта Карина.

Из 300 тысяч первого контракта зоозащитники две трети отдали на обязательные процедуры и отлов. Самому приюту осталось около 80 тыс. рублей. Этих денег не хватит даже на месяц работы. Только за электричество и газ уходит по 30 тыс. рублей ежемесячно. Еще 7 тыс. рублей стоит аренда участка у муниципалитета. Помимо этого, приюту нужна вода, вывоз мусора и корм. Сейчас в «Я живом» живут 387 животных — 307 собак и 80 кошек.

 

«Если бы хотя бы 1000 рублей приходилась на одно животное. У кого они есть дома, знают в какую сумму обходится их содержание. А у нас даже тысячи рублей не выходит. Наши пожертвования составляют порядка 200-250 тыс. рублей. Очень редко бывает 300 тыс. рублей, и то, когда был большой долг за коммуналку. Разделив сумму на все количество животных, получается намного меньше», — говорит волонтер.

Фатеева добавляет, что, работая по программе ОСВВ приходится сначала выполнить все обязательства, а только потом получить оплату.

Как происходит работа по программе?

Житель-жалоба-отлов-приют. Упрощенно схема работы с бездомными животными выглядит так. Оренбуржцы жалуются в диспетчерскую службу на бродячих животных. Заявка поступает в администрацию, а затем передается волонтерам. Они вызывают службу отлова, которая привозит собак в приют. Дальше всех особей отправляют в карантинную зону на 10 дней. После этого собакам ставят прививку от бешенства, на 15 день — стерилизуют или кастрируют. Через 28 дней собак отпускают на то же место, откуда их забрали.

«То есть мы исполняем в точности закон, который так и предписывает поступать. Отлавливаем, вакцинируем, стерелизуем, биркуем обязательно, бирочки на них есть зеленые, желтые, красные, и отпускаем в среду обитания обратно», — говорит Фатеева.

Надо понимать, что, позвонив в службу 30-40-40, собаки не исчезнут с улиц города навсегда. Для этого городу необходимо построить свой муниципальный приют, где животные будут жить до того момента, пока кто-то не захочет их забрать к себе.

 

 

«Чтобы закон работал нормально надо, чтобы в каждом городе был муниципальный приют, и, чтобы там работали люди, которые действительно любят животных. При этом для снижения поголовья на улицах нужен не один год. Должно пройти как минимум 10 лет, один жизненный цикл собаки», — рассказывают в приюте «Отрада».

Зоозащитники подчеркиваю, что даже при увеличении финансирования и появлении приюта решить проблему сразу невозможно. Это очень долгий процесс.

«Именно поэтому сейчас все подводится к тому, что этот закон плохой, давайте все вернем как было. Просто, потому что закон приняли, но не сделали базы для того, чтобы он нормально работал», — говорит Карина.

Другая сторона

Приют «Отрада» по программе пока не работает. Дело здесь не в каком-то нежелании волонтеров, а в том, что на это банально не хватит тех мощностей, что есть сейчас. Весной прошлого года волонтеры получили участок земли на окраине города под строительство приюта. Все лето силами неравнодушных там шла стройка, уже в осень собак перевели в вольеры. Сейчас там живет 250 животных. Пока это предельная численность, которую может потянуть приют. Новых собак размещать просто некуда. Кроме того, для работы по ОСВВ нужна карантинная зона, которой в приюте пока тоже нет.

 

 

«Мы планируем работать по программе. Но у нас была первоочередная задача — перевезти всех наших собак и создать для них комфортные условия. У нас просто не было возможности в сезон, который позволяет строится, заниматься еще и программой. Нельзя сказать, что мы совсем не планируем этого делать. Но у нас есть ряд трудностей», — говорят в «Отраде».

Вернутся к этому вопросу волонтеры планируют, если город пойдет навстречу. Сейчас арендная плата за участок в районе 20 тыс. рублей, причем по договору волонтерам требовалась оплатить аренду сразу на год. Еще в строке расходов электричество. Суммы тоже не маленькие. 

...

Каким образом в городе можно решить проблему бездомных животных в теории знают многие. На практике единицы. Но то, что собак на улицах стало больше — это факт. Однако возвращаться к старым порядкам тоже нельзя, уверены зоозащитники. Жестокость ни к чему хорошему привести не может. Более того, если на работу в прежнем алгоритме ежегодно выделяли деньги, значит «условный отстрел» не давал результатов, считают они. 

Программа ОСВВ в Оренбурге сейчас тоже приостановлена. Пропускная способность приюта «Я — Живой!» ограничена, сообщили в администрации, поэтому «заключение контракта на большую сумму не представляется возможным». В управлении жилищно-коммунального хозяйства ищут новых исполнителей контракта.

Предполагается, что в 2021 году после подписания соглашения администрации с Минсельхозом о выделении субвенций из областного бюджета договор с АНО «Зоозабота» заключат вновь.